domety (domety) wrote,
domety
domety

Глава 3. Женщины, хавра и всё остальное

Они изрыгают дерзкие речи; величаются все, делающие беззаконие.
Псалтырь, 93:4

...И боятся чёрных крыльев
Все, кто ходит по земле.
Лариса Бочарова




По комнате плавали змейки терпкого дыма. В бледном чаду под неторопливую музыку танцевали две потасканные блондинки. Они были в тех летах, когда вольные женщины выходят из разряда невест и либо становятся охотницами, либо догуливают своё в качестве всеобщей добычи. Держа друг друга за руку, блондинки то чуть расходились и галантно раскланивались, то сходились, прижимаясь друг к другу грудью.

Ты воистину был свежее,
Чем Линá в подвенечном платье,
Подставлял поцелуям шею,
Умирая в моих объятьях! -


пропела та, что была постарше и явно играла в танце роль кавалера. Овальное, чуть одутловатое лицо, тёмные припухлости под унылыми глазами, слабые волосы, собранные на затылке в золотистую сетку, складывались в образ пикантно-некрасивый, притягательный своим распадным ароматом.
Вторая обладала чертами более правильными и менее измождёнными. Пожалуй, она могла бы хоть сейчас блеснуть где угодно - лишь слегка загримировавшись и даже ничего не делая со своими распущенными волнистыми волосами до лопаток.
Женщины подали друг другу обе руки, и старшая пропела, покачиваясь:

Расцветает седина...
Где ты лет моих весна?
А в порту цветёт миндаль,
И ничего не жаль...


Музыку на миг перекрыл омерзительный звонок, сложившийся будто из ночного кошачьего ора и лязга собачьей цепи. Сопоставив богатое убранство апартаментов и этот пакостный звук, можно было бы предположить, что хозяева в квартире не обитали, а сдавали её весьма состоятельным квартирантам, причём последние либо не принимали гостей, либо обладали нервами незаурядными.

Менее поношенная блондинка удалилась в прихожую, чтобы вернуться в сопровождении Мстислава Сергеевича Гора.
- Кавалер, что ж вы не заходите сами, как настоящий рыцарь? - улыбнулась носительница мужского начала, подавая руку для поцелуя.
Гор иронически повёл бровями:
- Не хочу получить кинжал в сердце, прежде чем вы разберётесь, кто под плащом...
- Ингеборга! - сухо скомандовала польщённая роковая женщина.
Вскоре дым рассеялся, и старшие по званию расположились в креслах за прозрачным столиком. Ингеборга подала кофе с набором сопутствующих продуктов, преимущественно жидких и горючих.
- Вы плохо выглядите, Иха, - осуждающе заметил Мстислав Сергеевич. - Надеюсь, что теперь вы решительно настроитесь на деловой лад. И вообще: такую голову, как ваша, следует щадить. Я уж не говорю о теле...
- Да что вы понимаете в телах! - презрительно скривила губы Иха.

* * *
Иха Гусева - бывший секретарь, а ныне чиновник по особым поручениям Коллегии внешних сношений - не любила Мстислава Сергеевича откровенно и бесхитростно. У неё не было к нему никаких чётких претензий, служебного или же личного порядка. Он даже не раздражал её. Иха просто не любила Гора, как не любила никого в целом свете. Так уж повелось в её жизни с детства. Особые поручения, время от времени достававшиеся Ихе, также не способствовали развитию филантропии, равно как и трудовой дисциплины.

Тускуб взял было толковую сотрудницу на повышение, но Иха за полгода ввергла в полнейший хаос едва ли не самое чопорное из учреждений в Правительстве Ея Величества Королевы Магр Второй. Глубоко оскорблённые секретарши и потрясённые инспекторши писали рапорты с непременным финальным “Я или она!”. Неофициальные части торжественных мероприятий в обязательном порядке ознаменовывались безобразными скандалами; при этом выяснилась прямо-таки сверхъестественная способность Ихи разлагающе действовать на сотрудников самого высокого ранга, включая самого Тускуба. Помимо официальных мероприятий новый руководитель аппарата проявила вкус к мероприятиям неофициальным, кои организовывались ею с безудержным размахом. Об оргиях г-жи Гусевой поползли гнуснейшие слухи.

Дело кончилось тем, что президент Коллегии слёг на марсианский месяц после неофициальной части, а Иху отставили бумагой с самого верху. Всему же должен быть предел! Драки с членами Коллегии сходили Ихе с рук, покуда большинство Коллегии во главе с Тускубом благоволило ей - признаться, почтенным сановникам дьявольски наскучило благочиние. Им даже нравилось быть избиваемыми, а тем более - наблюдать за избиениями товарищей или за их пьяными проколами и мучительным похмельем. Но когда Иха (в отсутствие Тускуба) появилась на пороге своего кабинета в мареве дыма хавры и спустила с лестницы коменданта, потребовавшего прекратить бордель среди рабочего дня, - тут уж её администрации пришёл безоговорочный конец, ибо не у Тускуба единого имеется комендант, но даже у особ ещё более недосягаемых. Корпоративная этика (она же круговая порука) для того и существует, чтобы защищать своих от чужой корпоративной этики.

Иха снова оказалась на земной поверхности и вернулась к исполнению прежних обязанностей с какой-то остервенелой удалью. Очевидно, загульное на-строение въелось в её вечно расслабленный ум, и служба стала для неё постоянным зловещим праздником. Александр Максимилианович аккуратно выказывал ужас. Голенищев утверждал, что это даже не Алжир, а какой-то Индокитай. Гор и Тускуб говорили друг другу, что это, конечно, невыносимо, но нужно терпеть. Они прекрасно понимали оба, что дела надвигаются чрезвычайно суровые и понадобятся работники колониальной закалки, без комплексов.

* * *


Мстислав Сергеевич допил чашечку кофе, промокнул губы розовой бумажной салфеткой, посмотрел на свои элегантные, но скромные, с кожаным браслетом, часики, и вытянул из их жёлтого корпуса шпинёк вроде заводного, только лишний. Комната наполнилась едва слышным зудом. Такой штуки не было даже у Александра Максимилиановича. Для электронных ушей зудом перекрывался любой звук. Вместо подлинного разговора любопытным предоставлялся мираж вагнеровского концерта или призрак произносимого Мстиславом Сергеевичем бессмысленного монолога. По легенде, директор Центра интерлингвальной коммуникабельности и кооперации жаловался на плохой сон, проводил параллели между бессонницей и спортивными травмами первой молодости, а также рассказывал общеизвестный анекдот о том, как на даче у одного Известного Лица другое Известное Лицо, чуть припоздав, персонально подлетело к Цезарю с бокалом красного вина, оступилось и едва не было застрелено преторианцами, увидавшими, как по рубашке принцепса расплывается красное пятно, причём оторопевший Цезарь машинально произнёс пару слов, достойных майора Шчукина.

- Итак, дорогая Иха, - как ни в чём не бывало начал Гор, - вы должны связаться с Каринэ и назначить нам встречу. Маузера и Гонорьева я познакомил с Тускубом. Вчера я виделся с Адамовым - этакий милый мальчик в розовом галстуке. Сегодня он звонил мне и подтвердил свой положительный ответ. Мне он очень понравился. Именно то, что нам нужно. Мелкая дрянь с хорошими задатками. Теперь дело за Каринэ. Я должен познакомиться с нею поближе. Нужен страховой вариант. Маузер - слишком большая дрянь.
- Что ж вы притащились без дела, кавалер? - усмехнулась Иха, готовя в бокале занятную смесь из коньяка и ликёров. - Позвонили бы, я бы всё устроила... Вы всегда так заняты...

Мстислав Сергеевич вытащил из внутреннего кармана свёрнутую трубкой малоформатную газету в плотной цветной обложке и протянул Ихе.
- Сперва я должен был посмотреть на вас и убедиться в вашей вменяемости, - произнёс Гор, глядя собеседнице не столько в глаза, сколько на тёмные круги под оными. - Вы плохо работаете.
Иха опустошила бокал, развернула газету и прыснула радостным смехом.
- Браво, браво! Как радуют меня эти язычники! Представляете: это как сравнивают тебя вечно с Мадонной – с певицей, обрыднут до смерти, а тут находится мастер делать оригинальные комплименты и сопоставляет тебя – меня с какой-нибудь милой модной девочкой. С какой-нибудь Ликой Клитовой, – Иха с помощью бокала изобразила микрофон. – От них можно было ожидать статьи про вампиров, но я, оказывается, - “чупакабра в черте Города”! У меня глаза не красные?
- Дрянь, - сухо ответил Гор. - Вы соображаете, что такое два трупа, причём один лишний? Вы соображаете, что такое два грязных трупа? А что вы с собачкой сделали? В школе с лягушками не наигрались?
- Там уже не было лягушек, - горько призналась Иха. - Отменили за негуманностью. Это вы у нас из Корпуса...
- Я солдат, а не живодёр! - глаза Гора вспыхнули праведным огнём и немного покраснели. - Но за эти выходки я имею полное право требовать от Тускуба вашего отзыва и ликвидации этой вашей...
- ...Лики? - попробовала догадаться слегка захмелевшая Иха.
- Ингеборги! - крикнул Гор, и тут же вылетевшая из-под стола нога Ихи впечатала вскинутое предплечье Мстислава Сергеевича в его же ухо.

Когда звон в голове утих, Мстислав Сергеевич перестал висеть поперёк подлокотника и занял прежнее положение. Иха – с чашкою на блюдце в руках – полулежала в кресле, положив на стол между бутылками босые ноги – немаленькие, грубые и довольно венозные, но красивые.
- Ингеборга! - позвала Иха. - Ингеборга!
Голубоглазая Прекрасная Елена явилась из ванной - с полотенцем на голове и в распахнутом халате.
- Душечка, как ты тут назвала Мстислава Сергеевича? - спросила Иха, поставив чашку на пол.
Ингеборга поглядела сперва на осунувшегося Гора, потом на предвкушающую восторг Иху и невозмутимо (с механическим акцентом) ответила:
- Straşnaja Mstia.
Иха расхохоталась, с грохотом трахнув пятками в стекло столешницы. Открытая ликёрная бутылка опрокинулась и оросила тёмно-серебристые штаны вице-президента Коллегии тягучей белой жидкостью.
Гор схватился за салфетку. Он готов был расплакаться. Так мелко его не унижали со времён первого курса в Корпусе Учкуров. Впрочем, в Коллегии за недавно истекший срок он также натерпелся от Ихи немало, но то были милые согласованные забавы в высоком кругу, до индивидуальных истязаний перед лицом прикреплённых дело не доходило.

Отсмеявшись, Иха приняла от Ингеборги длинный чёрный мундштук с коричневой сигаретой и пламя подставленной зажигалки.
“Ох уж эти паскудные развратные бабы! - подумал Мстислав Сергеевич, едва не вздрогнув от омерзения. - Почему ж это дела, начатые почти святыми, вечно заканчивают почти бандиты?” Сам Гор находил себя расположенным ближе к почти святым, а потому сохранял привычку искренне поражаться издержкам собственных дел.
- Стекло, судя по всему, пуленепробиваемое? - спросил Мстислав Сергеевич, попытавшись принять безучастный и при этом победительно-лихой вид, что у него совершенно не вышло.
- У нас даже в кухонных шкафах пуленепробиваемые, - не без гордости ответила Иха. - Другие здесь не задерживаются.
“На что идут деньги налогоплательщиков!” - подумал Гор с фальшивым ужасом.
Иха скрестила на столе ноги, приняла в губы мундштук и самодовольно выпустила в сторону Гора клуб странновато пахнущего дыма.

Мстиславу Сергеевичу нужно было переходить в наступление. Вспомнился рассказанный Ихой анекдот о том, чем “незаконные бандформирования” отличаются от “законных”.
- Соберитесь, Иха, и вперёд! - воскликнул Гор. - Нас ждёт дельце вселенского масштаба. Через год-полтора о вашей миссии снимут фильм и вас сыграет Пета Уилсон.
- Она мне не нравится, - холодно ответила Иха. - Мадонна - совсем другое дело. Ну, Деми Мур. Она мне понравилась без волос. Только по сценарию дело будет в Иране, а героиня будет из голливудских органов.
- Вы полагаете, через год они уже управятся с Ираном? - серьёзно спросил Гор.
Иха не стала отвечать. Она положила сигарету прямо на стол (благо стеклянный), легла на ковёр и сонно заговорила, глядя в потолок:
- А вас сыграет какой-нибудь мастер боевого гопака, сын латышки и монгола, родившийся на выезде из ПНР в день избрания Иоанна Павла II и названный в честь папы Папеком. Папек Очинбаалшой. Новый Массимо ди Капри. Очередная стеклянноглазая п... ... Что-то не нравится мне эта жаба с крыльями. Чего это она делает на люстре?
Гор понял, что происходит что-то совершенно неуместное. Сигарета благоухала свежезасушенной хаврой.

О фасады гранитных зданий,
Где от страсти бледнеют лики!
Где так сладостны в час признаний
Молодых итальянцев крики! -


пропела Иха, стаскивая с себя белую пижаму с цветными рисунками в духе татуи-ровок якудзы. Ингеборга провела ногою с роскошным педикюром по Ихиному пле-чу, пересечённому рваным шрамом.

Мстислав Сергеевич подумал, что когда-нибудь он всё-таки отыграется, но сейчас... Он поднял дымящуюся сигарету, оставив на стекле колбаску пепла, затянулся разок и решил идти, как кривая выведет. Глоток коньяку на пустой желудок и вовсе примирил его с жизнью.

* * *
Штаны были приведены в надлежащий вид с помощью тёплой воды и чьего-то малого полотенца. Заботиться о глажке сегодня было бы излишним. Гор бегло, несколько безучастно рассмотрел себя в ванном зеркале. Ничего, очень даже ничего. Всё равно, наши клиенты редко бывают эстетами. Для них главное - наглость. Выпьем за наглость.
На бортике ванны вниз лицом лежала книжка в лишаях засохшей мыльной пены. Мстислав Сергеевич поднял и перевернул: «Как дрались в НКВД».

Иха сидела в кресле, уже переодетая в чёрно-полосатый гангстерский костюм при сиреневом воротничке и зелёном галстуке. По толстому жёваному изумрудному шёлку были разбросаны золотые кинжальчики с налитым кровью оком, помещённым в навершье рукояти, и с проросшими из крестовины чёрными крыльями, кожистыми и когтистыми. Ингеборга в красивой пляжной позе полулежала на ковре. Вместо прежнего облегающего спортивного тряпья на ней было столь же облегающее, короткое, очень открытое платье песочного цвета и чулки в крупную сетку.

- Я позвонила Каринэ, - бодро отрапортовала Иха, разливая коньяк по бокалам. - Всё пришлось очень кстати. Она ждёт нас через полтора часа в “Бешеной королеве”. Такси придёт через полчаса. Я полагаю, вы не строите иллюзий насчёт того, чтобы убраться из “Бешеной королевы” своим ходом? Так что выпьем.

Мстислав Сергеевич уже понял из настроя Ихи, что по итогам вечера придётся, скорее всего, лишний раз побеспокоить Валентина Алексеевича. Ну и хрен с ним! Был бы сейчас Валентин Алексеевич самим собой, если бы не устраивал Гора!
Иха с торжествующим видом раздала бокалы.
- За все возможные пороки? - предложил Гор.
- За все возможные и невозможные, - сладко улыбнулась Иха.

Пролог. Сделка на балу (1).
Пролог. Сделка на балу (2).
Пролог. Сделка на балу (3).
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ЭЛЕМЕНТЫ.
Глава 1. Конференция (1).
Глава 1. Конференция (2).
Глава 2. Our Mutual Friend (1).
Глава 2. Out Mutual Friend (2).
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments