domety (domety) wrote,
domety
domety

Наследники Петрушки

Зашедший в «ЛГ» обмен мнениями об учебниках литературы касается уже столь тонких (для неспециалиста) материй, что вспоминается персонаж известного артиста, предлагавший от педагогических вопросов перейти к первичному: «С кем быть ребятёнку-то?» В самом деле, что читать школьнику, прежде чем он сможет понять, что такое «литературный процесс»? Учебник литературы всё-таки вторичен. Первичны доступные книги. Сведения о десятках писателей бессмысленны, если вносятся в голову, не усвоившую «с чувством» и «с толком» хотя бы несколько хороших книг. Нельзя сказать, что в деле книгоиздания и книгораспространения всё блестяще, но книги, изучаемые по программе, школьникам доступны. Всё-таки живы ещё многие миллионы домашних библиотек; магазины (пускай распределённые по стране с пугающей неровностью) заполнены, в том числе, и довольно дешёвой классикой. В школьные библиотеки поступают книги, именно для того и выпущенные, согласованные как будто с учебной программой и с пожеланиями по внеклассному чтению.

Не секрет, что не только учебники, но и учителя сплошь и рядом не справляются со своими задачами. Издание для школьной библиотеки должно быть таким, чтобы не просто помочь хорошему учителю и дополнить хороший учебник, но и привлечь детей к чтению даже вопреки учебнику, учителю, всей окружающей жизни. По крайней мере, чтобы не отвратить от чтения.

Можно сетовать на воздействия, отвлекающие детей от литературы: на телевизор, компьютер, родительское небрежение, плохое преподавание. Наконец, на разгул (как говорил Вс.А.Ревич) «ноль-литературы», лжехудожественной и лжепознавательной, а также расплодившейся мусорной периодики. В общем, на подмену печатного слова полиграфической продукцией, бумажным жмыхом.
Однако если книги для школьников есть, и книги отличные, кто-нибудь за них да и возьмётся. Но долго ли будет интересно читать то, что непонятно? И велика ли польза от упорного продирания сквозь дебри? Ведь книги эти должны сплетаться в целостную картину мира, то есть и сами быть «к чему-то», и снабжаться примечаниями и пояснительными статьями. Желательно, чтобы справочный аппарат не страдал бы от филологической зауми, но был бы широко историчен. Чтоб он был (если уж мечтать) безукоризнен, мудр, увлекателен. Создан людьми, поучившимися, например, у Н.Я.Эйдельмана или В.С.Непомнящего.

Наверное, выпускаются и такие книги. Но, заглянув на полку книжного магазина, обнаруживаешь, что составители не у тех учились. Берём, допустим, сборник М.Е.Салтыкова-Щедрина («История одного города. Сказки») из серии «для школьников и абитуриентов». Невнятный справочный аппарат, судя по всему, попросту «сдут» из советского издания, причём и двадцать лет назад такая компоновка выглядела халтурой. В комментариях сообразовано с нынешним днём лишь написание Имени Божия (что отрадно, но мало согласуется с советской фразеологией). Сведения об авторах статей отсутствуют, и остаётся лишь гадать, в каком веке родилось то или другое мнение. Похоже, ветхие мудрствования о фантастике Щедрина, о подмене живого безжизненным сами были некогда призваны подменить крамольную мысль сатирика о «целой исторической школе», представители коей «совершенно искренно проповедуют, что чем больше уничтожать обывателей, тем благополучнее они будут и тем блестящее будет сама история». Может быть, не «мотив омертвления или механизации», а раздумья о «злодействах исторических» являются более существенным в творчестве Щедрина и заслуживают лучшего осмысления? Чтó Органчик против Матрицы? Что Матрица против – пускай не герценовского «Чингисхана с телеграфом», а просто «Нерона преславного» или «Калигулы, доблестью сияющего»?

И такая бездумная перепечатка – ещё сносная работа. Бывает и хуже. Сплошь и рядом книги школьных серий выходят без каких-либо примечаний, даже без сведений об авторах, достойных представления, да и тактичной ранжировки. Всё-таки Ю.И.Коваль и А.Н.Толстой находятся в разных весовых категориях (скажем так для примера, чтобы не обижать иных писателей одним совместным упоминанием). А ведь на Западе, где и переводчики поремесленней (сравнительно с советскими, не с нашими сегодняшними), и комментарии «для народа» не так распространены, биографическая справка найдётся в самом паршивом покетбуке.

Не уподобляем ли мы школьников гоголевскому Петрушке или придуманным Татья-ной Толстою дикарям, читающим без разбора и понятия всё, что осталось от сгинувшей цивилизации? Сколько дети смогут понять из прочитанного, и какая историческая картина останется у них в голове? Наверное, большинство сограждан уже согласится с тем, что дурно, если дети усваивают из книг нешелохнуто-советский взгляд на мир (хотя таких «староверов» навряд ли появляется много). Но того не лучше, если столкновение с советской полуправдой и неправдой будет рождать вывод о полной лживости и презренности советской литературы (из чего подросткам нетрудно сделать максималистские обобщения).

Разумно ли, например, издавать «Волны Чёрного моря» без примечаний, причём в серии, нацеленной отнюдь не на старшие классы? Во-первых, за вычетом повести «Белеет парус одинокий», тетралогия В.П.Катаева не предназначалась для детей. Во-вторых, катаевский цикл – талантливая (а «Белеет парус...» – даже блистательная) полуправда. Понять соотношение книг Катаева с истиной невозможно без подробных комментариев, ложащихся на осмысленные исторические знания. Чтение катаевской повести по-прежнему полезно для эстетического развития (и эстетически радостно). Более того – оно поможет понять неодно-значность и трагизм отрезка истории, доставшегося автору. Но это труд уже для человека 14-16 лет, если не старше, а никак не десятилетнего. На наших глазах история усложнилась, а многие из лучших образцов советской литературы для детей "повзрослели", приобрели второй-третий план и трагедийный тон. Понять правду героев Катаева или Гайдара едва ли не сложнее, чем понять правду героев "Капитанской дочки".

А коли так, возникает вопрос уже не только к педагогам, но больше к писателям и к издателям: какими книгами приучать детей к чтению, чтобы они выросли в читающих подростков и стали способны разобраться в том, что прежде казалось ясным и ребёнку? Одной бесспорной классикой и лучшей переводной литературой здесь не обойтись – нужны книги про узнаваемую жизнь. А создание и издание таких книг пока рождает больше дрязг, чем похвал. И если на этом поприще состоится хороший писатель, он совершит важный для отечества подвиг.

P.S. Предшествующий обмен мнениями с г-жой Поленовой: http://polenova.livejournal.com/99844.html?thread=1684996#t1684996
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments