domety (domety) wrote,
domety
domety

«Лучшие люди» – живые и бессмертные

(ЧИСТО СУБЬЕКТИВНОЕ)


Новгородский монумент "Тысячелетие России", вместе с Софией Новгородской изображённый на неприжившихся пятирублёвых купюрах.


"...ПОТЕРЯВ САМИХ СЕБЯ"

Помните пошлейший рекламный ролик начала 90-х? «Так мы жили раньше» (господа офицеры пляшут с дамами) – «так живём сейчас» (старик с протянутой рукою). Дальше следовало уверение в том, что некая организация возвращает Россию к поголовному вальсированию в белых кителях.

А помните самые замыленные в 90-х художественные образы? Конечно, Шариков и Швондер. Швондеры обзывали своих оппонентов шариковыми и наоборот. Истерическое обличение советизма и столь же отчаянная его защита вылились в междоусобную схватку мертвечины. «Новая Россия родства не помнящая», мёртвая, как пошлая кукла, сцепилась с «гордым остовом» – «Советским Союзом Русского Народа». Мёртвые хватали живых и многих утянули за собою – например, общность народов, кою можно и дóлжно было спасать. Россия осталась без прошлого и без будущего, с одним презренным и ненавистным настоящим.

В 1998 и 1999 гг. столетие МХАТа и двухсотлетие Пушкина помогли России опомниться, ощутить себя не «страной негодяев», а землёю вечно живых гениев и здравствующих мастеров. Даже осмеянный многими фильм «Сибирский цирюльник» и беседы вокруг него сослужили добрую службу.


"МНЕ СКУЧНО, БЕС…"

В любом обществе есть «лучшие» или, правильнее, «могущие» люди. Они не только правят и владеют, но образуют в стране умственную жизнь, влияют на общее настроение и мироощущение, на художественную, гражданскую, даже бытовую культуру.

Но наши «лучшие» («лутшие» – как писали в годуновские времена) – увы, не те, «кто ведает». Захваченные суетой, они не могут выйти за пределы «ста слов, навитых в черепе на ролик». «Лучшим» скучно, а вместе с ними тоскует вся Россия, у которой, вдобавок, не только жемчуг мелок, но и щи жидки. «Лучшим» тоже нужна точка опоры. Они, подобно чеховскому фабриканту, тоже страдают оттого, что «люди не выдумают никакого другого удовольствия, кроме пьянства да распутства». По-настоящему лучшие из них сами рады бы поучиться, да и остальные способны подхватить разумную новизну – ради самосохранения или моды. (Читатель вспомнит многие российские превращения, что сродни опыту с носовым платком при арканарском дворе).

Сегодняшняя Россия – страна, в которой плохо с верой и чересчур хорошо с легковерием. Особость нашей эпохи в том, что слово может значить больше, чем дело. Редактор телеканала или радиостанции, пожалуй, способен изменить жизнь в стране сильнее, чем иной министр или крупнейший предприниматель. А с редакторами у нас туго.

Замученные паранойей западные журналисты (как и наши ультра) уверены, что кровожадный Кремль сам взращивает эфирную тупость и речевую жвачку, чтобы душить вольнолюбивые порывы. Но всё проще. СМИ (а также госаппарат и самое разгражданское общество) – явления «толпные», подверженные энтропии. Силы закоснения и распада в них преодолеваются постоянной творческой работой энтузиастов. А у нас покуда всё проникнуто советской косностью и постсоветским распадом, энтузиазм – удел бомбистов. Много разговоров и воплей, но мало труда, хотя бы умственного.

Посему тем, кому есть, что сказать, нужно не стесняться «писать поперёк», говорить о том, что немодно. Говорят о нанотехнологиях – спроси, нельзя ли в России сберегать тепло и не гноить урожай. Говорят о компьютерах в школе – спроси, что с их помощью намерены изучать. Опять мусолят Сталина и Хрущёва – спроси, нет ли у России других героев.


"ДЕЛАТЬ ЖИЗНЬ С КОГО"

России помимо живой элиты нужна почившая, но бессмертная. Нужен пантеон. Страна не может жить без отцов-основателей, без демиургов. Их отсутствие оборачивается чрезмерным превозношением (и самопревозношением) живых людей, презрением прошлого и будущего ради настоящего. Так настоящее сводится к сиюминутному. Гражданский культ не заменить религией, как не заменить нацию церковью, а пищу водой.

Два десятилетия не разбора, но истерии вокруг сталинского образа привели к тому, что многажды преданный анафеме «дракон кунцевский» стал захватывать в народном сознании опустевшее место Ленина. А пока есть желающие «молиться за царя Ирода», России не будет покоя – ни от соседей, ни от себя самой. Так и не двигается с места дело с обращением к историческим (или исторически оправданным) названиям. Везде у нас Ленин, Дзержинский, Киров – добро, если не Парижская коммуна.

Отметили трёхсотлетие Петербурга – и приготовились, наплевав на жителей и здравый смысл, перекорёжить город стеклянным фаллосом. Стали праздновать Начало избавления от Смуты, великую победу над собственным окаянством – и тут же сняли по этому поводу фэнтэзи, над которым разумные люди плачут, а поляки смеются.

Поставили памятники Минину и Пожарскому, Ликудам, Петру, Елизавете, Александру II – что ж, это верно. Но где объединитель Русского государства Иван III? (Тоже не святой, но почеловечней и Петра, и многих западных современников). Где мысль о едином деле первопечатников – белорусского Скорыны и русского (и украинского) Ивана Фёдорова? Где Воротынский, отстоявший обескровленную Русь перед крымскими ратями и павший жертвой опричнины? Где открыватели Антарктиды Беллинсгаузен и Лазарев?

Сорок пять лет со дня полёта Гагарина отметили таким российско-«общечеловеческим» телепроектом, что лучше бы не брались. Величайшую дату – полвека Спутника – почти проглядели (а ведь столетие Транссиба отметили медалью). Где Королёв, Шухов, Менделеев, Вавиловы? Где Вернадский, связующий Россию и Украину?

Не задумались о двухсотлетии Тютчева, пропустили столетие Заболоцкого – русского Фидия. Не видно забот о близящихся годовщинах Гоголя, Ломоносова, гагаринского полёта. Зато на пятидесятилетие 21-й "Волги" миллионер Чичваркин сделал себе подарок, заскрижаленный прессой: восстановленную расписную "Волгу" с портретом Сталина на борту...

В России местами процветает строительство, но продолжают гибнуть памятники зодчества. Неосуществлённые проекты зодчих прошлого и настоящего лежат под спудом целыми городами, а сложившиеся виды уродуются подражаниями восточным нуворишам. Где страна величайшей, на любой вкус, архитектуры? Где Щусев, Олтаржевский, Гинзбург, Веснины, Леонидов?

У Российского государства слишком мало наглядной связи со своим прошлым и своими героями. Даже новгородская София и памятник Тысячелетия России не прижились на деньгах. Скажут: "Что за беда?" – но так же не живут эти святыни и в умах граждан. А квадрига Аполлона, пожалуй, столь же утилитарна и космополитична, как мост через Енисей.

Спаслись почитаемые Золотая Звезда и медаль «За отвагу», но не менее почтенные ор-ден Красной Звезды и медаль «За боевые заслуги» погибли, пожранные новоделом (орденом «За военные заслуги» и медалью с непроизносимым названием). Орден «За заслуги перед Отечеством» (при всём уважении к кавалерам) – бастард Ордена Почётного Легиона. Голубая шестерня Ордена Почёта – пародия на французский Орден Заслуг.

Отчего бы не переименовать орден «За заслуги перед Отечеством» в орден Пушкина и не придать ему вековые владимирские цвета, поместив во средину чёрно-красного знака общеизвестный профиль? Орлы падали, а Пушкин оставался. Отчего бы не придать Ордену Почёта аннинские цвета (с трёхстепенной системой) и не присвоить ему имя Ломоносова? Конечно, можно возразить: уместно ли делать общегражданские награды столь «интеллигентными»? не поставит ли это в смешное положение «смелых и прямых» кавалеров? Но разве историограф Пушкин или радетель за сбережение народа Ломоносов менее мужественны и государственны, чем Ленин, возглашавшийся великим учёным и великим военным деятелем? Герой Шварца, помнится, полагал, что быть трактирщиком гораздо лучше, нежели Александром Македонским. А уж быть Пушкиным – и подавно, выше некуда.


Французские ордена Почётного Легиона V ст. (учреждён Наполеоном в 1802 г.), Академических Пальм I ст. (учреждён им же в 1808 г.), Заслуг 5-й ст. (учреждён Ш. де Голлем в 1963 г.) и наш орден Почёта (учреждён Б.Н.Ельциным в 1994 г.).
"Анискин, конечно, хорош, но Луи де Фюнес всё равно смешнее". (с)Л.Парфёнов.



"По очереди спёрли - кому какое дело? -
Я ли у Бабеля иль Бабель у меня". (Пародия на И.Сельвинского).
Орден "За заслуги перед ФРГ" и орден "За заслуги перед Отечеством"
Медаль ордена "За заслуги перед Немецким Отечеством" и наша медаль "У попа была собака" 1-й ст.
Зачем кушать за немцами то, что они съели за французами?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments