May 20th, 2011

ЧБ

Из "Падения Кунсткамеры"

Не то, чтобы Маузеру нравилось жрать вместе со всеми, но было в этом что-то хорошее, аристократическое. А уж Гор в сером костюме, какого на Земле вообще не оторвёшь, Иха в открытом платье – это было стильно.
- Хорошо приготовлено, – признал Мстислав Сергеевич, поднося ко рту двуцветную капсулу.
- Так француз! – ухмыльнулся Маузер.
Иха вонзила вилку в поданное мясо, но застыла и покосилась брезгливо вслед узкоглазой девушке с бульдожистой челюстью:
- Гадость какая! Евгений Револьтович, давайте заменим эту носительницу тропической фауны здешней девочкой! Мстислав Сергеевич, пригласите Наташу поработать у Евгения Револьтовича! Это эстетично и душевно!
- Я же не могу заколотить офис! – как-то чересчур возмутился Гор. – Ассита нас покинула…
Маузер, сопнув носом, полюбопытствовал:
- Совсем, что ли, покинула? – (может – в шутку, может – нет).
- Замуж вышла, – кротко отрезал Гор.
- Да, мы её потеряли… – согласился Маузер и хмыкнул. – Иха, может, я вам девчоночку с кухни отряжу? Там такие спелые вишни – я видел раз.
- Я не возражаю… – с сожалением произнесла Иха; Гор желал возразить, но Иха успокоила его: – Её нужно будет аккуратненько кольнуть здесь и здесь – и Евгений Револьтович по-прежнему сможет общаться с нами на равных, у нас не будет от неё секретов.
Не только Гор, но и Маузер вытянул физиономию. Довольная эффектом, Иха заклекотала.
- Я и по-английски могу… – на всякий случай напомнил Маузер.
- Это хорошо, – заметил Гор и перешёл на язык, Маузеру своим циньканьем напомнивший то, что он слыхал и в Городе святого Марка и в Городе вообще всего святого. Гор, перейдя на этот язык, стал будто бы суше, а Иха по-прежнему делала большие глаза – её ничто не меняло.
- Я возьму Ингеборгу.– объяснял Мстислав Сергеевич. – Не хотелось бы, чтоб кто-либо из наших лишний раз наблюдал мои взаимоотношения с Тубалом. Ингеборга придётся в самый раз. Тубал ожидает меня в здешнем своём хозяйстве. Да, с бассейном. Каков глупец! Надо же умудриться: завести латифундию и теперь, вместо оперативной работы, бороться, чтоб её не оттяпали!
- Мстислав Сергеевич! – вытянувши губы, взмолилась Иха. – Возьмите меня с собой. Я поплаваю в бассейне, как хороший мальчик, а Тубалу ни слова не скажу, особенно матерного. У Маузера не бассейн, а кошачьи слёзы. Я в купальнике!
- Всё это будет неправильно истолковано, – неспешно произнёс высоколобый Гор, окончательно превращаясь из милого Тисли в вице-президента Коллегии внешних сношений.
- Давайте добавки! – по-русски запросила Иха.