January 6th, 2011

ЧБ

"Багира сказала..."

Статья филолога Марии Елифёровой о том, как русские переводчики настойчиво превращали чисто джентльменское общество в смешанный коллектив.
Гендерные тайны "Маугли", "Винни-Пуха" и "Алисы в Стране Чудес".


Чтобы меня не заподозрили в филологическом педантизме, постараюсь объяснить, почему гендерная принадлежность персонажей не является простым вопросом выбора между “он сказал” и “она сказала”. Caterpillar, превращенный в даму большинством переводчиков, курит кальян, а Алиса обращается к нему, используя слово “сэр”. Положим, мы выбросим “сэра” или заменим его на “мадам”, но что делать с кальяном? Из русских переводов “Алисы” читатель может сделать вывод, будто степенные дамы викторианских времен курили кальян, - на самом деле это так же невообразимо, как гуляющая с распущенными волосами Аксинья из экранизации “Тихого Дона” Бондарчука. Еще хуже с Dormouse. У Кэрролла ясно указано, что Шляпник и Мартовский Заяц ставили на него локти, когда он спал, и большинство переводчиков этот момент не опускают. Манеры Шляпника и Зайца хоть и скверные для английских джентльменов XIX века, но облокачиваться на девушку - явный перебор. Да и что это за английская леди, которая засыпает, упав мордой на стол?

Тот факт, что общество, собравшееся за безумным чаепитием, сугубо мужское, делает понятным многое: и манеры героев, и их демонстративную враждебность к Алисе, нарушившей границу маленького мужского мирка. Безумное чаепитие, хоть на нем и потребляют исключительно чай, имеет все признаки товарищеской пирушки: Алисе даже чуть не предлагают вино (отсутствующее де-факто, оно, выходит, присутствует символически - уж не выпил ли его перед тем Dormouse?). Dormouse замещает роль пьяного, чья функция - изредка поднимать голову от стола и рассказывать бессвязные байки, непонятные посторонним. Очень важна ситуация miscommunication: речь и поведение трех персонажей понятны только им самим, как посвященным, Алисе они чужды, а сама троица, в свою очередь, не знает, как разговаривать с Алисой, - отсюда разброс в интонациях - от натянутых любезностей до откровенного хамства. Представим, что юная девушка или девочка случайно забредает на междусобойчик трех оксфордских студентов (разумеется, в XIX веке). Общение с большой долей вероятности будет развиваться по кэрролловской модели.


За наводку thanx iguanodonna.

А повод для обсуждения дал страшный-ужасный krylov:

В «Маугли» одна из самых запоминающихся персонажей – чёрная пантера Багира. На самом деле это леопард Бахир (ну, если точнее, Bagheera), «чёрный воин» системы «джыгыт-кынжал». У переводчицы Багира становится «Шамаханской Царицей» - сильной, умной и безжалостной женщиной, обводящей вокруг пальца туповатых мужчин благодаря своей опытности и коварству. Например, её отношения с Шерханом – не соперничество двух воинов, как у Киплинга, а чисто женская месть: видимо, когда-то она любила его, но тигр её то ли бросил, то ли отверг – и вот она ему мстит руками Маугли (как Миледи пытается отомстить графу де Варду руками д'Артаньяна). Сцена постыдного признания – когда Багира рассказывает Маугли, что она когда-то сидела на цепи в королевском зверинце, где и набралась человеческой хитрости – радикально меняет смысл: у Киплинга получилось нечто вроде рассказа гордого туземца, учившегося в миссионерской школе, но «вернувшегося к своему народу», а на русском получилось признание женщины, побывавшей замужем за бандитом-олигархом и навидавшейся видов. Ну и отношения с Маугли, разумеется, приобрели совершенно иной смысл: вместо жёсткого «чеченского» обучения юного воина мы видим опытную даму полусвета, опекающую перспективного юношу, с чувствами не вполне материнскими – но в конце концов отпускающей своего пажа к юной дебютантке… Советский мультфильм окончательно закрепил ситуацию: гибкая, сильная, сладко потягивающася Багира – один из самых сильных эротических образов, когда-либо созданных советской культурой. Нет, конечно, она не вызывала такой бури подростковых чувств, как та же Алиса - «Девочка из будущего», но Алиса была хороша именно как «девочка», а среди советских образов ЗРЕЛОЙ женщины, опытно-сексуальной, знающей своё тело и его возможности, а также цену себе и свету – о, тут мультяшная пантера, кажется, вне конкуренции.

Мне же в "Гостье из будущего" больше нравилась отнюдь не Алиса. Ни Алисы, ни Лолиты никогда меня не занимали. Всякого там Булычёва (и, тем более, упоминаемого в вышеуказанном посте Крапивина) у меня дома не жаловали - я и не читал от греха подальше. Правда, в подростковом возрасте велено было читать "Лолиту", но тоже не помогло. :)
А Багира - это да. Почти Тина Тёрнер, моя любовь. Но с кынжалом.

P.S. С удивлением обнаружил именно в своих сочинениях то, что Крылов считает дефицитом в постреволюционной русской культуре. Мир "Падения Кунсткамеры" - мужской. Иха - воин системы "джыгыт-кынжал" (и, как можно догадаться, лесбиянка), Мариночка - пацанка (на пятом десятке лазает с мальчишками по чащобам), Казасси похожа на женщину, но по сути - начальник. Прочие женские персонажи делятся на прекрасных дам и девушек с постоялого двора. В "Деметре" Маша попадает в опять-таки мужской мир, где с женщинами обращаются по принципу: "Раз - лежать, два - тихо!". Бенигна внешне "прекрасная дама", но по существу - неформальный начальник, то есть вынуждена быть жёстче формального. А я ещё удивлялся, что у меня никак не получается нормальная пионерская сказка. И не получится. Нет у меня ни пап, ни мам, ни старших сестёр.