domety (domety) wrote,
domety
domety

Античные записки-2

"На всякого эпигона довольно зоилов" (поговорка, расхожая в литературных кругах эллинистической эпохи).

Платный туалет изобрёл ещё при Сулле некий Гигей Филантроп, вольноотпущенник из философов. Власти республики считали недостойным мараться о подобный источник доходов, поэтому империя Гигея, собственно, воздвиглась ещё прежде Римской (как логично заметил Момус Зенн, крупнейший специалист по истории Рима до, во время и после угара оного).
Вставший во главе второго триумвирата Октавиан считал Филантропа не только одним из богатейших людей Рима, но и одним из опаснейших. В пользу правоты Октавиана говорили бесследные исчезновения многих сторонников триумвирата. Гигей был проскрибирован вместе с Цицероном.

Октавиан всегда подписывался с удовольствием: "Гай Юлий Цезарь (Октавиан)". Но когда сенат преподнёс ему почётное наименование "Август", Октавиан радовался, как ребёнок. В противном случае ему пришлось бы назвать месяц в свою честь июлем-вторым или переименовать ноябрь в октябриан.

"Я принял Рим кирпичным, а оставил мраморным!" - заявил Октавиан Август. И прибавил: "Теперь посмотрим, сколько шарлатанов примется переиначивать мои слова".

Как известно, вопреки возражениям своего сына Тита, император Веспасиан обложил налогом общественные уборные. Каждый вечер Веспасиан, Титу назло, принимался пересчитывать полученные деньги, приговаривая: "Пахнут... Не пахнут... Пахнут... Не пахнут..."
Частные уборные Веспасиан обложил двойным налогом.

Император Каракалла предоставил римское гражданство всем свободным жителям империи, упразднив для них унизительное звание "неместных". Неместными оставались только рабы.

Феодосий I несомненно был великим императором. Оба сына его, Аркадий и Гонорий, оказались полными дегенератами, но сам Феодосий выбирался со своею империей из таких передряг, что все давние друзья то и дело говорили ему потихоньку: "Хозяин, так вы герой!" "А куда ж деваться-то!" - отвечал Феодосий.

Поэт Авсоний удостоился множества премий, которых с лихвой бы хватило на Вергилия, Горация и Овидия вместе взятых и ещё б осталось, чтобы решить все нужды Катулла.

Наводя порядок в Испании, будущий победитель Аттилы Аэций наставлял своих дубоватых подчинённых:
- Пускайте в расход последовательно и записывайте, кого, сколько и как! Надо быть европейцем!

Валентиниан III не любил писать, но уважал тяжёлые чернильницы, затейливые песочницы, круглые футляры для столбцов, дорогие перья и прочие занятные вещицы. Оные показывали, что их обладатель - человек весомый, и Равенна при нём может спать, как младенец, с улыбкой детской на устах.
Когда за Валентинианом III пришли, он в узком кругу рассуждал о том, что Запад сражается с Востоком на Каталаунских полях, Карфаген то разрушен, то снова нависает над Италией, Атиллы приходят и уходят, Римы падают! - а Валентиниан остаётся...

После низложения последнего римского императора Ромула Августула римляне говорили друг другу:
- Слышь, сосед! Одоакр у мальца-то цацки отобрал, покрасивше завернул да в Константинополь отправил. Говорит: "Не балуй! Одного императора хватит, как в лучшие времена".
- Ой, голова! - одобрял Одоакра сосед. - Видать, порядок наводить будут.

Бывший предпоследний римский император Юлий Непот, сидя у себя на вилле, уверял нечастых гостей, что если бы императором вместо него не сделали малолетнего Ромула, история пошла бы совсем другим путём. Например, Одоакра всё равно бы заслуженно зарезали, а он, Юлий Непот уж как-нибудь остался бы императором в Равенне.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments